Новости

Момент истины: почему наши власти полиграф не любят

Глава ассоциации адвокатов России за права человека Мария Баст ответила на вопросы

Популярность исследований на полиграфе растёт в России как на дрожжах. Собственный «детектор лжи» имеет почти каждая госструктура и коммерческая фирма, обзавелись полиграфом даже игроки и цыгане. Мужья проверяют жен, жены мужей, родители детей. Как к этому относиться? В обществе существует запрос на правду, и оно его пытается удовлетворить с помощью беспристрастной железки. Однако такой большой разброс применения настораживает: в массовом сознании полиграф превращается в игрушку, с помощью которой можно пощекотать нервы и не более того.

Правозащитники относятся к психо-физиологическое исследованию с гораздо большим уважением. С помощью полиграфа им удавалось добиваться прекращения уголовных дел, казалось бы, в абсолютно безнадежных ситуациях, а в иных случаях и спасать жизни подзащитных. По их мнению, полиграф становится все более актуальным элементом защиты, особенно сейчас, когда идут массовые оголтелые задержания, и проверка на детектор лжи - одна из мер, которая позволяет остудить пыл чрезмерно рьяного следствия и защитить человека от полицейского произвола и судебной ошибки.

- Стоит ли возлагать на полиграф большие надежды? Спасет ли полиграф от уголовного дела? Достаточное ли это доказательство? Кому стоит проходить полиграф? Почему в России до сих пор не принят закон об обязательном тестировании судей и вип-персон?

- Сначала о хорошем. Полиграф в прямом смысле спас жизнь жителю республики Башкортостан Виталию Патлусову, обвинённому в поджоге машины. Молодой мужчина подвергся пыткам, смог добиться назначения полиграфа для себя и сотрудников правоохранительных органов, которые его пытали. Исследования доказали, что пытки в его деле присутствовали. Как результат – все показания, данные под пытками, перестали иметь значение, появилась возможность требовать компенсацию и наказания полицейских.

Многие годами добиваются возможности пройти полиграф находясь в колонии, когда приговор уже вынесен и давно вступил в силу. Принципиальность и сознание собственной невиновности движут людьми. Анатолий Солдаткин из Самарской области – именно из такой породы. Мужчину обвинили в том, что он якобы намеревался передать наркотические вещества в колонию. Семь лет мужчина искал возможность пройти полиграф. За это требование его постоянно пересылали в другие колонии, подолгу этапировали, но это не сломило ни волю, ни желание доказать свою невиновность. Только в апреле 2019 года он добился своего в Челябинской тюрьме. Правда, и тут его требование не прошло гладко. Несколько раз с заключенным встречалось руководство тюрьмы, присылали психолога с тестами, других заключенных, которые выясняли у мужчины, о чем он собирается вести беседу под полиграф. Несмотря на давление, долгожданная встреча состоялась. Сейчас мужчина подал заявление в прокуратуру и не намерен останавливаться, будет судиться до окончательного результата и надеется подать в Европейский суд по правам человека.

Последовал примеру Анатолия Солдаткина и правозащитник из Белгородской области Олег Некрасов. «Новые Известия» рассказывали о его трагической судьбе. Человек, восстановивший справедливость в отношении многих земляков, пострадавших от правоохранительных органов, сам стал жертвой полицейской подставы, а затем и круговой поруки силовиков. Ни на следствии, ни в суде его доводы и доказательства не были услышаны. Мужчина считает себя невиновным, единственная возможность доказать это - пригласить полиграфолога. Но вот тут и началось самое интересное. Ведь вопросы Некрасова касались только следствия, но сотрудники колонии всячески препятствовали проходу полиграфолога к заключенному. Даже когда специалист уже был на проходной и имел разрешение на посещение заключенного, сотрудники колонии встали стеной. Все это однозначно указывает, что система повязана между собой, не заинтересована «сдавать своих» и уж тем более давать возможность осужденному правозащитнику доказывать свою невиновность. Заключение полиграфолога должно было стать основной для заявления по вновь открывшимся обстоятельствам. Сейчас Олег Некрасов обжалует отказ колонии в проходе полиграфолога в суде, и, по мнению его защитников, действует совершенно правильно. Срок заключения - 13,5 лет. Сидеть сложа руки в этой ситуации не стоит.

Жестокий срок и приговор на 16 лет после суда присяжных не остановили и Анастасию Новикову, которую обвинили в том, что она якобы выкинула ребенка с последнего этажа многоэтажного дома в присутствии сотрудников отдела полиции по делам несовершеннолетних. Молодая женщина свою вину не признала и прошла полиграф, данные которого были учтены и при подаче ею жалобы в Европейский суд по правам человека. Принципиальность приносит свои результаты – борьба в ЕСПЧ завершилась компенсацией. Сейчас женщина продолжает доказывать свою невиновность и подала новую жалобу в ЕСПЧ.

Актуальность полиграфа как средства защиты, я считаю, очень высока — человек, даже сидя в тюрьме, может самостоятельно его пройти, выбрать учреждение, и, что называется, подстраховаться от негативных последствий

- Почему надо действовать самостоятельно? Разве суд не может назначить проверку на полиграфе? Несколько лет назад я сама была свидетелем этому в Гагаринском районном суде Москвы. Прямо во время заседания провели психофизиологическую экспертизу - проверили на полиграфе обвиняемого в зверском убийстве. И по результатам обследования освободили подсудимого прямо в зале суда - человек оказался невиновен. Потом, правда, о таких судебных экспериментах не приходилось слышать. Но, насколько я знаю, следователи довольно часто предлагают воспользоваться «детектором лжи», чтобы снять с человека подозрения или изобличить преступника.

- В России результаты тестирования начали принимать в качестве судебных доказательств в 2001 году. Но роль полиграфа в суде законодательно не закреплена. Принимать ли во внимание экспертизу, прилагать ли ее к доказательствам – решает судья. Хотя в Уголовно-процессуальном кодексе РФ появилась, можно сказать, знаковая новация - в части 4, статье 195 теперь сказано, что "судебная экспертиза может назначаться и проводиться до возбуждения дела". Новая строка в УПК дает право использовать достижения современной науки в строгих процессуальных условиях в форме экспертизы на самых ранних этапах раскрытия и расследования преступлений. Речь идет, в том числе, и об исследовании на знаменитом приборе - полиграфе.

Это - крайне важно для многих людей. По идее, предполагается, что отныне заведомо невиновного человека, попавшего в поле зрения "органов" случайно, а то и по клевете, не будут месяцами изнурять допросами и держать в СИЗО. С другой стороны, сыщики не станут отвлекаться на ложный след, а займутся поиском настоящего убийцы, грабителя или, например, насильника. То есть, подозреваемого могут сразу, как говорится, "прокачать" на причастность к преступлению. И если "умная машина" покажет, что задержанный не врет, его отпустят. Или же - совсем наоборот.

По материалам newizv.ru


← Назад